Когда профессору Зиве Шамир предложили написать эту статью, у нее возникли большие сомнения по поводу того, способны ли мы вообще понять, как относилось поколение основателей Израиля к иудаизму. Профессор Шамир отмечает две существующие концепции отношения Натана Альтермана к еврейской традиции. Согласно первой, поэт полностью отстранился от нее, согласно второй, - был мистиком, на которого оказали большое влияние хасидизм и каббала. По мнению исследовательницы, и то, и другое является преувеличением и передергиванием фактов.
Зива Шамир отмечает, что Альтерман был модернистом, придерживался рационального и научного подхода к жизни, и в то же время признавал, что в мире есть вещи, которые никогда нельзя будет постичь при помощи одной только науки и рассудка. Культурное наследие поэта, как и многих других представителей этого поколения, уходит корнями в хасидизм, язык которого часто отражается в используемых аллюзиях и метафорах. Безусловно, религиозность поэта была скорее религиозностью ученого (как, например, вера Эйнштейна), в ней отражалось изумление святостью сущего, а не ортодоксальная рутина; тем не менее, попытка провести грань между поэтом и его еврейскими корнями – это передергивание фактов.
